«Книга эта короткая, потому что почти все книги о писательстве набиты враньем. Авторы беллетристики (я говорю и о присутствующих) не очень понимают, что они делают и почему получается книга иногда хорошая, а иногда плохая. И я думаю, что чем короче книга, тем меньше вранья».
«Мы уже говорили, что писатель должен хорошо представлять себе героев и сюжет еще до начала работы. Это же относится и к месту действия».ИП: А если история для самого писателя раскрывается только поступательно…
«Антураж — основа литературной палитры; он насыщает красками и образы персонажей, и конфликт, и перипетии сюжета. Без него выстраивать повествование так же сложно, как играть спектакль без декораций».ИП: Но ведь играют же (без декораций)… И даже очень достойно… И часто куда лучше, чем с ними.
«Антураж создает художественный мир произведения, раскрывает образы героев, проясняет конфликт, ускоряет или замедляет повествование, нагнетает или снимает напряжение, отображает историю персонажа, задает эмоциональный фон. Умело прописанный антураж безмерно обогащает произведение. Неумело прописанный антураж не добавляет ничего», Мэри Бакхем, литературовед.
«Читателю надо давать возможность перевести дух. Если хотите пример, попробуйте почитать романы Дэна Брауна о Роберте Лэнгдоне. Темп повествования там абсолютно беспощадный. Примерно к середине я обычно так устаю, что еле хватает сил дочитать. Кстати, героям отдых нужен не меньше, чем читателям. Иначе сюжет окажется безнадежно перегружен».ИП: Я думаю, это всё от зависти…
«… на память мне сразу приходит «Война миров» Герберта Уэллса. Роман был впервые опубликован в 1898 году. Казалось бы, трудно представить более «взрывную», сенсационную тему: захват Земли враждебными инопланетянами. Однако же книга начинается с длинного и довольно-таки скучного вступления (Уэллс, как и многие писатели той эпохи, любил обстоятельные философские размышления и не спешил переходить к активной части сюжета): …»
«Если бы такой роман написали сегодня, это был бы крутой триллер с элементами боевика: в нем рушились бы горы, небоскребы…»ИП: No comments и чушь какая!
«Необходимо помнить, что первая страница книги (в особенности первые 250 слов) решает все. После этого читатель либо втягивается в процесс чтения, либо нет. Для наглядности поясню: в нашем отрывке из романа Уэллса около 200 слов. Видите, как мало пространства для маневра? Пробежав глазами 250 слов, любой читатель (будь то литературный агент, редактор в издательстве, директор библиотеки, завсегдатай книжных магазинов или просто случайный покупатель, которому хочется потратить время с пользой и интересом) принимает решение: либо перейти к следующей странице, либо захлопнуть книгу навсегда. Самый мудрый авторский совет, какой мне доводилось слышать по поводу ударного зачина, был таким: представьте, что читатель берется за книгу в отвратительном настроении. Поэтому второго шанса он вам не даст. Цепляйте его сразу. Все длинноты и риторические отступления — на ваш страх и риск».ИП: А что писатель… ? Как будто бы речь идёт о магазине с нижним бельём… Я, конечно, «только учусь на волшебника», но…
«Если автор не отвечает на самые важные вопросы, какой смысл тратить время и силы на чтение? Ничто так не злит читателя, как оборванная сюжетная нить. Публика почувствует себя обманутой и может даже бойкотировать последующие книги автора. Нельзя недооценивать вред, который способен причинить вашей карьере недовольный читатель».ИП: А мне казалось, что одна из основных задач писателя заставлять думать…
«Я уже не раз говорила, и не устану повторять: я всегда полностью прорабатываю сюжет, прежде чем напишу хоть одно слово. Это мой метод, и он никогда меня не подводил: только так можно убедиться, что замысел созрел и стоит того, чтобы впрячься в работу. Не вижу смысла писать (и бесконечно переписывать) книгу, которая не заинтересует ни публику, ни издателя. Зачем брать на себя заведомо провальное дело? Моя главная задача — удостовериться, что я придумала добротный сюжет, который заслуживает воплощения».ИП: Я думаю, что книгу надо писать для себя, а не для издателя…
«Профессиональные художники работают слоями: сначала подготавливают поверхность холста, затем кладут мазки, добиваясь единой текстуры, в которой каждый тон, каждый оттенок проявляет и усиливает все остальные. Точно так же и литературному повествованию необходимы уровни; и если какого-то из них недостает, картина не сложится».ИП: А вот здесь я полностью согласен.
«Без проработки ключевых элементов повествование выйдет неубедительным, схематичным, плоским. Однако при наличии всех необходимых уровней образы становятся такими живыми и правдоподобными, как будто герои вот-вот сойдут со страниц и заговорят с читателем».
«За счет многослойной структуры текст приобретает особую глубину; образы героев набирают эмоциональную силу и убедительность; сюжетные линии наполняются интригой, а антураж — колоритом».ИП: В книге тысячекратно повторяется одна и та же мысль… — спрашивается, зачем…
«Если хотите писать живо, то и учитесь у живописцев: работайте послойно. Только тогда ваш текст заиграет яркими красками, а читателю захочется как можно скорее ступить в изображенный вами мир и пройти по нему вслед за вашими героями».